Разгул волюнтаризма. Как в Смоленске уничтожается историческая градостроительная среда

Поделиться:

29 сентября 2026 года в КДЦ им. Тенишевых состоялись так называемые общественные слушания по установке в исторической зоне Лопатинского сада города Смоленска памятника императору Александру I.

Место установки памятника высотой 4,75 метра – на главной аллее, ведущей к памятнику истории федерального значения – обелиску защитникам Смоленска в Отечественную войну 1812 года (автор – скульптор и архитектор А. Адамини, 1841 год).

Памятник героической обороне города 4–5 августа 1812 года установлен в этом месте не случайно: рядом с Королевским бастионом, местом самых ожесточенных боев. Здесь каждая пядь земли полита кровью русского солдата, в т. ч. многочисленных смолян, а также и моих кровных предков.

Историческая планировка этой территории архитектором А. Адамини в середине XIX века была выполнена в стиле классицизма, для которого характерны регулярность и равновзвешенность архитектурной композиции, где доминанта – уникальный памятник защитникам города в 1812 году, прославляющий в веках светлую память о них.

Предложенная на слушаниях информация была настолько тенденциозна, что вызывает крайнее недоумение и представляет собой стремление затмить героический подвиг смолян фигурой императора – очень спорной как в духовном, так и в гражданском смысле, с целью навязать чуждые для нас ценности.

У операторского пульта на слушаниях выступали запланированные ораторы, сведения предоставлялись однобоко, а отцеубийство, предательство своего отца – императора Павла (архивные источники подтверждают это) Александром I замалчивались.

Привезенные московские «карманные» лоббисты – апологеты монархизма – только на словесной основе, без историко-архивного обоснования однодневного заезда Александра I в Смоленск в июле 1812 года, предлагают кардинально изменить исторические акценты архитектурной среды.

Не героическая оборона города в 1812 году становится доминантой, а беспочвенно притянутый к конкретному месту памятник человеку, замаранному в отцеубийстве и лишь косвенно связанному с героическим подвигом смолян.

В архитектурной композиции исторической градостроительной среды памятник 4–5 августа 1812 года уходит на задний план, становится незначащим, каким-то третьестепенным. Сама идея установки почти пятиметрового по высоте памятника императору у главной аллеи, ведущей к обелиску героической обороне Смоленска в 1812 году без проработки параметров памятника императору в рамках архитектурной перспективы с разрушением видовых связей, доминант композиции, наносят абсолютно непоправимый урон исторической среде этого места.

На памятнике 4–5 августа 1812 года современники в 1841 году написали имена тех, кто положил здесь души за други своя, за русскую, смоленскую землю: главнокомандующие Барклай-де- Толли и Багратион, Раевский и Дохтуров. Нет там имени Александра I – современники знали правду.

И героический подвиг смолян по обороне города 1812 года – не заслуга императора Александра I, который трусливо сложил с себя полномочия главнокомандующего и отсиживался в резиденции где-то у Балтийского моря (по архивным источникам), когда мои кровные предки умирали на этих бастионах, а смолянка Василиса Кожина организовывала партизанский отряд. По свидетельству профессора Петербургской военно-юридической академии (рубеж XIX–XX веков), историка С. Ф. Платонова, отличавшегося строгим научным подходом, Александр I в самую тяжелую минуту оставил театр войны, когда две русские армии оказались отрезанными одна от другой.

Но ни мне, коренной смолянке, ни учительнице истории, которая тоже говорила об отцеубийстве, ни экскурсоводу, ни работнику музея не дали слова у ораторского пульта, чтобы мы могли аргументированно обосновать свое профессиональное мнение, нам позволили лишь задать вопрос с места.

В интернете провели некое голосование об установке памятника императору Александру I, которое явилось основой для принятия решения – якобы около 3 тысяч человек были «за», но в городе ведь почти 300 тыс. жителей.

За последние несколько лет это уже вторая попытка уничтожить историческую градостроительную среду. Первая случилась два года назад в нескольких метрах от памятника федерального значения Глинке, где у изумительного по своей ценности шедевра, по мнению искусствоведов, скульптора Александра Фон Бока, академика архитектуры И. С. Богомолова и архитектора Ф. И. Горностаева в 1885 году, воткнули в одну из куртин несоразмерного каменного монстра на стальных яйцах и со стальными забралами, подсвеченными изнутри и сверкающими глазницами в темноте. Это каменное недоразумение перекрывает видовую связь памятника Глинке с улицей Коммунистической.
Кто вынес постановление и согласовал установку этого так называемого арт-объекта? Необходимо опубликовать эту информацию, чтобы у общественности было право спросить за обоснованность этого действия.

Где разработанные архитекторами видовые связи деталировки, развертки и т. д.? Кто несет ответственность за уничтожение исторической планировки одного из последних участков городской среды в стиле классицизма, так талантливо разработанных архитекторами в конце XIX века, и кто же, наконец, инициатор и заказчик сего посрамления у памятника Глинке, кто подписался под этим решением и растоптал достояние города? Все это покрыто непробиваемой тайной. Необходимо вернуться к этой ситуации обоснованно и профессионально, и найти новое место для этого «арт-объекта».

На мой взгляд, в нашем городе складывается порочная практика необоснованности в законом установленном порядке вынесения решений в угоду тем или иным конъюнктурным группам. Происходит подмена профессионально проработанных архитектурных решений некими дизайнерскими опытами, которыми вмешиваются в историческую среду без понимания градостроительных и архитектурных аспектов исторических памятных зон города. Историческое ядро города насыщается то каменными недоразумениями, то металлическими фигурками в виде засушенной саранчи, в т. ч. и на памятниках архитектуры, которые помпезно именуются «ангелами Смоленска», либо монархическими замашками, так что мы очень скоро из-за этого можем потерять наше культурное наследие.

Дело нашей смоленской чести – отстоять значение этого исторического места – Лопатинского сада и героизм смолян в борьбе с французскими захватчиками и сохранить историческую архитектурную среду без чужеродных дополнений, сохранить историческую правду наших предков.

А площадку для новодела – памятника Александру I найти в другом месте. Например, в небезызвестной городской роще.

Н. ИЛЛАРИОНОВА,
г. Смоленск

P.S. По информации смолян, еще до принятия официального решения об установке памятника императору Александру I в 25 от памятника сражению 4–5 августа 1812 года  проведены строительные работы (забетонирована площадка для памятника-новодела (на фото)), что может являться нарушением действующего законодательства.

Обращаемся к уполномоченным органам государственной власти и надзорным ведомствам с просьбой провести проверку по данному факту.